August 14th, 2020

Совершенно недоступная мне наука.

Когда я стоял на тумбочке в Моздоке, проходивший мимо Тимоха въебал мне локтем в челюсть. Я отлетел на щит со штатным расписанием роты, где уже два года не менялась надпись «Рота находится на выполнении правительственного задания по наведению Конституционного порядка в республике Чечня», выплюнул на ладонь осколки зубов и зачем-то протянул ему. «Тебе бы витаминов попить, кальция не хватает», сказал Тимоха и пошел дальше.
Он сломал мне зубы ни почему. Просто так. Просто проходя мимо.
Боксер заставлял нас приседать триста шестьдесят раз и вбил Олегу солдатскую пуговицу дужкой в грудину. Да, это правда. Её можно утопить в грудине полностью. Я видел это.
Саид, заставляя отжиматься, пиздил меня каблуком по затылку, чтобы я разбил лицо об пол. Мной выбили окно в туалете вместе с рамой и я, лежа на полу, отбивался осколком стекла. Потом Саид зарядил холостой в «Калашников», вставил шомпол и сказал: «Длинный, вытяни руку». Я не вытянул. Шомпол вошел в стену сантиметров на двадцать.
На Манежке в 2012 меня отпиздили первым и закинули в автозак. «Ушибы височной области, множественные гематомы», как было написано в заключении о снятии побоев. В автозаках менты душили людей, избивали щитами, один раз, когда нас везли, пробило выхлопную трубу и весь газ пошёл в салон. Это был «Пазик», жара, лето, окна не открываются. Но нас так и не выпустили. Они чуть не убили нас. В прямом смысле этого слова. С тех пор я примерно представляю, что чувствовали люди в душегубках, когда их убивали по дороге в лагеря смерти.
Кода я пошёл в армию по контракту, первое, что увидел, войдя в казарму, это подвешенный на решетке оружейной комнаты избитый солдат с танковым траком на шее и лыжами на ногах.
В Турции на Таксиме сотрудники МИТ - турецкого КГБ - избивали меня берцами в недостроенном центре Ататюрка, и с тех пор я знаю что такое «нежидкостная гематома» мягких тканей. А до этого они избивали человека, который пытался засунуть в выхлопную трубу ментовского бусика картофелину, металлическими щитами под затылок, и его голова чуть ли не отрывалась, и я заорал и переключил их внимание на себя, но нам удалось тогда отпетлять. На Таксиме, кстати, вообще убили сто человек. Вот там реально все было по взрослому.
После Славянска я знаю, что такое перелом носа без смещения. Меня отпиздили так, что парализовало. И два месяца я просыпался от страха, что отнялись ноги.
В Киргизии нас достали из машины, вывели в поле и чуть не расстреляли, потому что водитель - узбек.
Кода я, кося от армии, лежал в дурке, в семнадцатой наркологической на Каховской, туда привезли бомжующего вора в законе. У него вместо груди была одна сплошная гематома. Менты надели на него бронежилет и стреляли из пистолета Макарова.
На каком-то очередном марше несогласных при мне японскому журналисту проломили голову.
В Нижнем площадь окружили снегоуборочной техникой, всю толпу закидали в автобусы, разложили на полу, и сотрудник ОМОНа, ходя по нам, говорил - готовьтесь, суки, сейчас отъедем в сторону и вам пиздец. Что в этом автобусе было дальше, я не знаю, они выяснили, что я журналист, и выкинули меня. Но я знаю девушку, которую вот в таком вот автобусе изнасиловали дубинкой.
В девяносто третьем на Кутузовском лежащих около перехода лицом в асфальт людей избивали ребром металлического щита, со всей силы, как гильотину, опуская его на внутреннюю часть коленного сустава на асфальте. Это было страшно даже видеть. Это инвалидность гарантированно.
Что происходит в тюрьмах, писать, я думаю, не надо. Там пытки просто узаконены.
И вот, на двадцатом первом году Путина и на двадцать седьмом году Лукашенко обитатели фейсбука сделали для себя открытие - ОКАЗЫВАЕТСЯ ОМОН ПИЗДИТ!

Collapse )
promo starshinazapasa june 10, 2022 09:45 416
Buy for 500 tokens
Продолжаем проект "Журналистика без посредников". Новоприбывшим френдам пару слов о сути. Предлагаю простую схему, работающую уже во всем мире. Которую вкратце можно охарактеризовать так: "я пишу что вижу, вы переводите, сколько считаете нужным", То есть, я пишу свои…